Друзья!
Мне очень дорога возможность говорить с вами - писать для вас и читать отклики. Не всегда получается немедленно реагировать. Но непременно буду отвечать на все, что читаю, своими следующими постами.
Искренне ваш,
Лев Любимов

Реакция на эту колонку была рекордно ограниченной. Почему? Есть в принципе два ответа на этот вопрос: оптимистический и пессимистический.
Начнем с оптимистического. В комментариях к статье почти нет обсуждений, есть пара обычных маргинальных ругательств (вроде того, что все равно ВШЭ – г…но и Любимов тоже не шоколад). И тишина, которая, возможно, говорит о том, что всё ясно, согласны, возражений нет. Если это так, то мы начнем выздоравливать.
Теперь пессимистический ответ. Поскольку в комментариях нет конструктива, это показывает, что авторы не нашли того, что в этой колонке можно обсуждать. Ну неинтересно, как это Культура может быть Политикой. Да и зачем она нам нужна, если в «Техносиле» есть еще чем прибарахлиться. Если верен этот ответ, то можно заворачиваться в белые простыни и ….
Конечно, два приведенных ответа - это чистой воды манихейство. Но если реальный ответ находиться где-то посередине, то все равно необсуждение главного для судеб России вопроса склоняет ситуацию к нелучшей оценке. Мы считаем, что дело не в Культуре? А тогда в чем? В плохих лидерах? Уж точно то, что нам их никто не навязывал (вспомним вторую половину 1999г., первую половину 2004 г. и проигрыш вчистую Зюганова и Жириновского), сами выбрали. Нами манипулируют? А можно манипулировать человеком, у которого с культурой всё в порядке? А если манипуляции эффективны, то дело – то вновь в Культуре, в нас родимых.
Пятый стандарт демократии («быть свободным», «чувствовать себя свободным») вряд ли выдвинут Президентом так просто. Нам ведь кое-кто уже ряд лет доказывает, что у нас «своя» демократия. Ну вот «своя», потому что мы особые, не такие как другие белые люди (теперь уж и не только белые) – то ли придурковатые, то ли шибко умные. Нам вот просто нужно всех назначать и никого не избирать (тогда кто-то сам себя и будет назначать до 70, 80, 90 лет – мы ведь это проходили). А ведь так и дальше будут назначать, пилить, тушить пожар сегодня, обещать достойную жизнь в Пикалево завтра, очищать Байкал послезавтра. Один (или двое?) всё делают и устают, все другие слушают и умиляются – вроде все при деле.
Ну, тогда и обсуждать нечего – ни колонку «Воспитание свободы», ни пятый стандарт демократии. Конечно, пенсии маловаты, чиновники подзарвались, а в остальном «прекрасная маркиза…». Пусть десяточек миллионов в деревне ни фига не делают, пусть другие «пилят», пусть третьи выдают чужое за своё – богатств у нас много, не всё ещё продали, на наш век хватит. Немцев победили, как-нибудь и дальше порадуемся на мир и благолепие.
Думается, что всё-таки не всем эта «философия» по душе. И уж точно она не по душе молодежи, которая, хотя с Культурой у неё тоже не всё в прядке, всё больше понимает, что не всё в порядке в «датском королевстве», но не знает, что именно сломалось и что нужно чинить (а еще лучше заменить). Однако все равно ведь поймет и тогда … Может лучше не ждать?

   Не скрою, что, читая многочисленные отклики (посты) на эту статью, впервые за скромное время моего участия в блогах я реально ощутил то, что всегда делало меня оптимистом – крепкую надежду на то, что откровенный (искренний) разговор с нашими людьми может быть и понятен, и принят огромным большинством. В последние 15 лет мне довелось (я бы даже сказал – посчастливилось) сотни раз бывать на больших родительских собраниях в школах многих городов России. В целом, это был опыт прямого общения с десятками тысяч родителей. И всегда в этом общении я старался профессионально показать им не только ухудшающееся состояние нашего общего (и не только) образования, но и объяснить им причины этого положения, особенно те причины, которые напрямую порождались их (родителей – взрослых граждан страны) безразличием к делам государства, их нежеланием вникнуть в непростые проблемы взращивания их же собственных детей, в их же низкой или нулевой ответственности как граждан за все дела в Отечестве нашем, в их негражданственности.
   И из многих десятков тысяч тех, с кем я встречался на этих собраниях, лишь однажды мне попался один мужчина, который ничего не понял (и не услышал) из моих объяснений и, сверля меня злобноватыми глазками, произнес как бы «через губу»: «Вы что-то долго рассказываете. А я считаю, что вы обязаны моего ребенка всему научить – вот вы мне и скажите, что вы ему дадите, раз вы обязаны». Мне пришлось ему ответить, что не только я (профессор университета) ничем не обязан его сыну-школьнику, но и учитель с зарплатой в 920 руб.! (шел 1999г. и дело было в провинции) ему тоже ничего не обязан, пока не получит за свой труд хотя бы прожиточный минимум. Поднялся шум, на него зашикали, закричали, и он, хлопнув дверью, ушел. А зря, потому что Вышка пришла в эту разоренную, опущенную в учебном плане, неремонтированную лет 20 школу, чтобы поднять ее из руин и сделать «при Вышке».
   Через несколько лет эта школа уже попала в число лидеров, получила президентский грант. И в этом была большая заслуга не только Вышки, но и родителей, которые услышали меня. Повторюсь, что они услышали меня потому, что я говорил им правду, очень горькую правду, но не «по-нигилистски», а как профессионал, объяснявший не только провалы школы, но и то, как нужно правильно учить и растить детей и как в этом должны участвовать родители. Это была незримая апелляция к родительскому чувству любви к своему ребенку, и они ее услышали – услышали то, что мне (и моим коллегам из Вышки) их дети небезразличны. Любовь всегда слышна. Она «переставляет» нас так, чтобы мы были ВМЕСТЕ.
Отклики на колонку «Культура против силы» оказались длинным обсуждением этой проблемы, с очевидным желанием добавить к написанному мной свое, из своего (постерского) опыта, из своих знаний. На этом подавляющем фоне нормального, уважительного и явно заинтересованного обсуждения пара тявканий регулярных любителей погавкать вообще были незаметны.
   Одну реакцию я хотел бы поместить в блоге. Она пришла мне на мою электронную почту, и я глубоко благодарен ее автору и за поддержку, и в еще большей мере за то, что мы ВМЕСТЕ, что мы оба понимаем: Отечество в опасности, ибо его культура смертельно больна! Его письмо интеллигентно и содержит много мыслей. Не со всеми я могу согласиться (например, я не хотел бы быть «подданным», а гражданином быть хочу), но из многих мыслей почерпну полезное. Да и все добропорядочные постеры тоже почерпнут. Спасибо Алексею Клименко. Главное для меня в его письме – вера в возможность изменить ситуацию, и в дальнейших колонках и постах я постараюсь показать то, что при правильных действиях ситуация действительно меняется.

Привожу ниже письмо Клименко Алексея.

Уважаемый Лев Львович!
Целиком и полностью согласен с вашей точкой зрения относительно необходимости наличия Культуры и необходимости ее развития в обществе.
Долго и немало размышляя о том, что же может принести перемены в нашу жизнь и жизнь нашего российского общества, я пришел, так же как и вы, к выводу о том, что начинать перемены нужно с Культуры и только с нее.( Read more )

Читая посты к своему и другим блогам в ЖЖ, все время остро ощущаю «подплинтусовый» уровень нашей культуры, культуры огромной массы людей. У интернета есть, среди прочих, свойство «маски», свойство делать человека невидимым, очень похожее на маски, используемые накачанными бойцами спецслужб (частных и государственных), когда они творят нечто такое, что вызывает стыд и желание прятать лицо. Это почти всегда бывает в проплаченных рейдерских захватах, все чаще бывает при явно постыдных для цивилизованной страны разгонах митингов, избиениях митингующих и их арестах. Во всех этих случаях маска – это одновременно и способ ослабить у такого «бойца» страх, получить хоть какую-то гарантию от того, что при прогулке в день отдыха со своей семьей или в одиночку вчерашний «замаскированный» спецсотрудник не будет узнан тем, кому он сломал руку в своем служебном рвении или просто от жажды получить садистский адреналин.
Так вот, интернет позволяет бить любого, глумиться над ними, оскорблять по максимуму, не рискуя быть узнанным и не боясь возмездия. Интернет создает огромное пространство обсуждений и коммуникаций. Но он создает возможность виртуального садизма, который гарантированно останется безнаказанным. Доля тех, кто делает это регулярно, кто мечется при этом от блога к блогу, чтобы успеть нагадить побольше и большему числу людей, в нашей сети просто зашкаливает. По моим оценкам это не менее 50% всех постов, что, конечно, говорит о чрезвычайно высоком уровне озлобленности населения, духовной маргинализации огромного числа людей. Эти «мразеносители» не щадят никого – ни женщин, ни детей, ни стариков, ни образцовых граждан, уважаемых и почитаемых в России и зарубежом.
Быть участниками диалога они не могут из-за очевидной недообразованности и низкого уровня IQ, но их лексического фонда, который исчерпывается несколькими десятками слов, им вполне хватает, чтобы «выразить» себя и потом сладострастно любоваться тем, «как я ему (ей) врезал!» Я не могу поймать себя на чувстве обиды или оскорбленности: обижает несправедливость, но не собачий лай; а на оскорбление может претендовать лишь тот, кто достаточно силен, чтобы не бояться получить сдачи. Посты этой публики не уличают меня в чем-то меня позорящем – они просто облаивают с визгом сдавленных голосовых связок и лязгом парфорса, который не мешает лаять, но не позволяет физически укусить. Авторы таких постов трусливы, поэтому их оскорбления анонимны, они боятся «открыть личико».
Беда этой маргинальной «духосферы» еще и в том, что «сеть» видна любому, кто хочет в нее войти, в том числе иностранцам. Представляю себе, что последние думают о нас, глядя на моральное состояние половины постов в блогах российского интернета. А еще одна беда в том, что эта маргинальная публика обесценивает политическое и гражданское значение того публичного дискурса, который обеспечивает коммуникационный потенциал Интернета. Многие хотят донести до властей (и не только) какие-то важные вопросы, одобрение, несогласие, разъяснения, предложения, «излить душу», свою рефлексию. Но пространство этого дискурса наполовину заполняет пустой, хриплый лай, что, видимо, радует консервативную часть нашей политической элиты, которую больше всего устроило бы «безмолвствование народа». Но и лай, прерывающий содержательный дискурс, тоже для нее годится как фильтр или барьер между властями и широкой публикой: до VIP-блогеров благодаря этому духовному спаму дойдет лишь меньшая часть адресованной им информации и оценок.
Мне думается, что наиболее эффективным способом стерилизации маргинального блоггера является помещение его в «дискурсный вакуум», где ни одно его слово не отвечается, т.е. его лай будет как бы билетом в один конец. Полает, полает и соскучится. Может быть, соскучится по нормальному или частично нормальному, хотя и не очень грамотному диалогу. Последнее мы стерпим, а диалог поддержим: глядишь через диалог, неизбежно включающий рефлексию, возникнет простая коммуникация и компетенция успешного участия в дискурсе. Вчерашний хам станет выкарабкиваться из своей выгребной ямы. Тогда сработает наша христианское - «ненавидящего и обидящего меня, прости!» Нас от этого не убудет, а позитивных блоггеров прибавится.

Реакция разная, но очень часто не диалогичная, дискуссионная, создающая коммуникацию, взаимопонимание и даже проекты решений, а буквально пенящаяся и восторгающаяся своим ненасытным желанием оскорбить – хоть автора, хоть другого блогера, хоть еще кого-нибудь. Это реакция духовно растерянных людей, которых правда застала врасплох, а сказать по делу нечего. С ними, как и по прошлым колонкам, у меня диалог даже не начнется.

Ряд блогеров объясняет другим блогерам, что вот пришли другие времена, работа на селе исчезла и те, кто смог уехали, а те, кто не смог, остались и доживают. Это верно, как верно и другое. Есть разные, много разных ситуаций и типажей. Я написал лишь об одном и очень массовом. Те, кому, например, уже 20-22 года, росли, когда работы в их деревне уже не было. Но некоторые (многие) их сверстники уехали и работают, или работают здесь же, но сезонно, или ездят на работу каждый день по нескольку часов, но тоже работают. Однако, большая масса избегает любого варианта (где бы не работать, лишь бы не работать – их тоже не устраивает). И они не просто мешают другим, их «жизнь» ежечасно на грани проступка в отношении других людей или даже на грани преступления. Они – почти всегда крепкие физически парни, явно способные к успешной «ремеслухе», т.е. к востребованному и вполне квалифицированному (чуть-чуть подучить бы) труду, который может хорошо оплачиваться. И их одногодки им подсказывают, где можно поработать. Но они их  не слышат и слышать не хотят. Это с одной стороны. А с другой - они ведут себя, презентуют, демонстрируют себя как единственные хозяева данной местности. Часто видел слезы на глазах и дачников и нормальных сельчан – слезы от унижения, от их угроз.

На днях Российский министр юстиции заговорил о том, что меня крайне удивило. До этой колонки я проконсультировался с ведущими юристами: они сказали, что принудительный труд у нас теперь запрещен, что мы встроены в международные конвенции и т.д. И вдруг г-н Коновалов вскрыл эту тему заново. Думается, что это тоже решение и, вероятно, не самое плохое.

Есть блогеры, которые говорят, что этот типаж есть уже и в крупных городах. В таких городах, к счастью, есть сильная трудовая среда, которая может «дать сдачи». Поэтому здесь эта шпана либо не высовывается, либо ходит в толпах с нацболами и «ирокезами». Но она этим-то (т.е. в толпе ксенофобов) и опасна, причем смертельно опасна. Видел не раз, как такие «городские» получают воспитание от сельской шпаны в два летних месяца, когда с бабушками и родителями оказываются на «дачах». Т.е. я не зря говорил, что среда этих «трудотрезвенников» - это сильный источник социального загрязнения в нашей стране.

В реакции – почти на каждую колонку есть посты о тех, кто «ютится» в коттеджах в 20 км от Москвы и ездят на «Хаммерах». Дескать, надо больше про них, а не … Принимаю это замечание и попытаюсь что-то высказать на тему о том, что любое успешное предпринимательство в законопослушной среде всегда зарождалось и расцветало в духовной среде аскезы – экономии, бережливости, трудолюбия. А консюмеризм – это путь в никуда, ибо желания безграничны, и мы ведем себя с ними как животные, которые не только не умеют, но и не могут «тормозить». А человек обязан!

Теперь пару слов о стилистике некоторой части моего блога на "Ведомостях" (да и любого другого). Интернет и блоги – это пространство обсуждения, а не злобствующих отрыжек неудачников и полунеудачников. Давайте обсуждать, давайте договариваться о том, что можно предпринять. Давайте уйдем от языка люмпенов. Не согласен – докажи свое мнение, дай аргументы, предложения. Почитаем, поразмышляем, ответим, договоримся. Вы меня поняли, Н.Петров? «Тыкать» старого профессора – не лучший стиль, хотя «ты», может быть, и изобрел «Вольтову дугу Петрова».

Поводу моей колонки «Осторожнее с толерантностью» Максим Трудолюбов, редактор раздела "Комментарии" "Ведомостей», который эту колонку опубликовал, написал отдельный пост в ЖЖ.
http://trudolyubov.livejournal.com/87966.html
Будучи совершенно толерантным и к М.Трудолюбову и тем более к его посту, ни в малейшей степени не соглашусь с тем, что не стоит разговор о толерантности начинать с предостережений.
«Грамшизм» - это уже свершившийся факт не в «религиозных общинах» и не в «группах» гражданского общества, а в законах. Теперь государство через закон нагнуло общество (большинство) и заставило его терпеть то, что оно (большинство) не принимает. Речь идет о разрушении Общества и замене его Меньшинствами с неограниченными меню их интенций, включая грехи. Интересно, что же человечество будет делать без Общества, но с бесконечным набором Меньшинств? Вряд ли М.Трудолюбов на этот вопрос ответит. Да сегодня на него никто в мире не ответит. Так что мое предостережение, среди, вероятно, тысяч таких же во всем мире, вполне своевременно.
Государство – это не единый для всего мира штамп организации людей в одной (любой) стране. Оно (государство) разное в разных цивилизациях. И в разных государствах именно «целые социальные группы» выводятся за пределы общества, которое в этих государствах живет и ценностная система которого требует от этого государства именно так и поступать. Капитализм, ценностное основание которому положил М.Лютер, но ценностные варианты которого затем существенно размножились, породил и разные государства. «Грамшизм» покушается на основы не религии, а цивилизации, части которой получили почти универсальную прописку. Грамши было наплевать на все остальные цивилизации, но эту он ненавидел. И его «франкфуртские» продолжатели ни в исламские страны, ни в Китай, ни в Индию и т.д. не лезли. Их политизированную «философию» эти цивилизации не интересовали. Им нужно было прославиться «здесь и сейчас». И они своего добились и добиваются, что и должно быть предостережением для всех.
«Терпимость к слепому» - это оскорбление слепого. Терпимость к инвалиду – это оскорбление инвалида. Должно быть милосердие, а если его нет, то закон об уважении прав (не терпимости к правам) инвалидов. А с воровством государство борется не только потому, что оно разрушает государство, а потому что общество считает воровство грехом и наделяет государство соответствующей функцией. Между прочим, наше общество, страдая очевидной снисходительностью к криминалу, соответствующую снисходительность проявляет и к тому, как государство эту функцию исполняет.
Призыв соблюдать не ценностные установки и закон, а обожать примат терпимости – это нечто такое, к чему нужно относиться, как минимум, осторожно. А в норме, вероятно, и с предубеждением.
Для всех, желающих просветить себя в вопросе о толерантности, советую почитать в высшей степени профессиональный продукт по этой теме – «Общество меньшинств: политкорректность в современном мире» (ГУ-ВШЭ) весьма продвинутого философа и социолога профессора Леонида Ионина. У него позиция в отношении толерантности, как ее «пробивают» нынче, куда жестче моей.